На перекрестке двух миров

header_bgДеревня Эймнес, в которой я живу, прочно затеряна на любой голландской карте.   Жить здесь — это значит, привыкнуть к множеству локальных особенностей и стать частью местного сообщества. Первое мне худо-бедно удается, по второму же пункту  мнения расходятся.

Здесь все знают все обо всех. Матрица отдыхает; коллективное сознание Эймнеса — это такой ежесекундно меняющийся код,  который сам себя постоянно обновляет: Хилке Велен продает дом, а Аннамик ван Мяус выбрасывает подозрительное количество пустых бутылок, Виктория Хогланд опять упала с велосипеда и так далее. Есть и разные прелестные традиции, например, писать юмористические поздравления с днем рождения на огромных простынях и приколачивать на самых видных местах деревни.

Когда едешь на машине по главной улице, полагается очень пристально разглядывать велосипедистов, колесящих справа и слева. Те же в свою очередь, сначала косят круглым глазом, затем вытягивают шеи и чуть ли не просовывают головы тебе в окно автомобиля, как дикие страусы во время сафари. Любопытство. То есть даже банальный поход в супермаркет от окружающего тебя мира скрыть невозможно. Я в какой-то момент даже тесты на беременность стала покупать в соседнем городе, так как надоело видеть вопрошающе-понимающие глаза продавца, покупателей, их детей и собак.

Считается, что в Эймнесе живут в основном boeren — крестьяне, фермеры. Здесь действительно много ферм, больших хозяйств. Трое из четверых наших ближайших друзей  держат лошадей.  На улице часто можно встретить девочку-подростка на велосипеде, выгуливающую, например, пони на поводке.  Моя параноидальная соседка Жаклин обладает,  по-моему, целом птичьим зоопарком. Когда она в очередной раз выносит мне мозг своими бессмысленными жалобами, я представляю ее чистящей курятник, всю в  утиных, куриных и гусиных какашках и мне сразу становится легче. Методично кивая в ответ на ее жужжание,  я  интересом принюхиваюсь, чем  же она пахнет сегодня? Уткой или коллекционным цыпленком? Лошадью или охотничьим терьером?

Но стоит отъехать буквально на километр, как попадаешь в знаменитый регион  het Gooi (городки Ларен и Бларикум),   что-то вроде золотого треугольника и средоточия гламура. Здесь живет множество знаменитостей, вроде известных футболистов или телевизионных звезд. Мы находимся как бы на отшибе империи и задворках рублевки. Мне это страшно нравится. Захотела душа  — нацепила фальшивые бриллианты и отправилась показать себя местной элите.  Или пошла в растянутом свитере гулять  по родным полям  с коровками и лошадками.

Мы как-то  года полтора назад пришли с Адри в ресторан в Бларикуме. И вдруг я увидела за соседним столиком Марко Борсато, популярнейшего голландского певца, который ужинал вместе с семьей.  О Боже, это лучший день в моей жизни, решила я. Как чудесно, что я надела новое платье, скрывающее шестимесячный живот, хорошо выгляжу и вообще.  Марко был абсолютно прекрасен, дружелюбен и улыбчив. Я прямо предвкушала как весь вечер буду наслаждаться видом на этих небожителей, улыбаться им и подмигивать обоими глазами.

Адри же узрел в голландской знаменитости конкурента, который угрожающе навис над нашим хрупким семейным счастьем. Как соревноваться со звездой, голос которого звучит из каждого утюга? Никаких сомнений не оставалось, что увидев меня, великолепный Марко,  пораженный моей ослепительной красотой, немедленно умчит меня в закат на белом “ягуаре”, коварно исполняя по дороге песни собственного сочинения. Муж решил действовать пока не поздно.  “Вы не принесете стакан воды моей БЕРЕМЕННОЙ ЖЕНЕ”, — заорал  Адри  на весь ресторан. -Можно я немного приоткрою окно, мы боимся, что ей станет душно, ведь мы ЖДЕМ РЕБЕНКА! -”  — верещал он, с опаской поглядывая на конкурента.  Пометив таким образом территорию, муж успокоился, отсадил хихикающую меня подальше от блистательного столика и углубился в меню.

Het Gooi — это прямо такой отдельный дивный новый мир. Этому региону посвящен даже знаменитые сериал и фильм Gooische Vrouwen нечто вроде голландской версии отчаянных домохозяек. Я много поняла про местную фауну, посмотрев этот сериал.  Местные женщины заняты исключительно тем, что  красиво опрокидывают пару-тройку шардонне в любое время дня, потом едут забирать детей из разных элитных клубов вроде хоккея на траве (запись за три года), затем легкий шоппинг, сплетни с подругами за бокалом совиньона, затем ужин с любимым мужем и, конечно, немного красного вина на дизайнерской кушетке перед камином. Ну как-то так. Зовут их обычно Диана или Джулиана, в крайнем случае — Мирелла. Ездят они на  темно-синих  порш кайенах и иногда даже работают, скажем, консультантами по здоровому питанию. Иногда они развлекаются, ходят в местные пабы (kroeg), где по четвергам зачастую можно попасть на что-то вроде вечера знакомств, где одинокие миреллы охотятся на  разных подержанных банкиров.  Адри называет такие сборища «мясным рынком» и  предполагает, что на подобные мероприятия допускают женщин, находящихся  в разводе не менее 30 лет.

Иногда я, многоликий и коварный хамелеон, даже подделываюсь под них и играю в такую же отчаянную Джулиану. Здесь важно задирать все интонации вверх, постоянно демонстрировать зубы в приветственном  оскале : “О, дорогая. Ты прекрасно выглядишь. У Эстер что колят новые филеры? Ты видела новую ювелирную коллекцию Брон? Она просто изумительная. В Джимми Чу начались сезонные распродажи. О Боже, я опаздываю на гольф. Мы обязательно должны пообедать вместе. Покааааааа!”.

И на такую легкомысленную трескотню у наших правдорубов-эймнессевцев заготовлен четкий и бескомпромиссный ответ:  “Wij dronken een glas, wij deden  een plas en alles bleef zo als het was”. Дословный перевод — ”Мы выпили по бокалу вина, потом сходили пописали, а в итоге все осталось как и было”.  Моя любимая голландская пословица. Суровая деревенская философия с терпким физиологическим душком.

Думаю, когда мне стукнет лет девяносто, я заведу себе целую конюшню и возглавлю какой-нибудь значительный комитет, например Библиотечное общество Эймнеса. Буду ходить в резиновых сапогах и все время говорить  о садоводстве и домашних тортах.  Адри же видит несколько другую картину — язвительную старушенцию на велосипеде с красной помадой и  тремя белыми терьерами. Она щурит щедро подведенные глаза и шипит на растерянную продавщицу: “Милочка, если это тряпье — последняя коллекция Шанель, то я  — призрак Дональда Трампа!” .  Ну возможно, возможно. Как сказала одна женщина в бессмертном фильме: “Поживем-увидим”.

На перекрестке двух миров: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s